Мнение: О международном ордере на арест Путина… Как «саму себя закопать»?

21.11.2022, 19:15, Разное
  Подписаться на Telegram-канал
  Подписаться в Google News
  Поддержать в Patreon

Звучит как сенсация, но нет.

Голландский суд опубликовал 130-страничный вердикт по делу о катастрофе малазийского «Боинга» в небе над Донбассом 17 июля 2014 года. Вероятно, первого из целой череды таких процессов, которые будут теперь инициироваться простив всё более высокопоставленных обвиняемых из России. Вплоть до самых высокопоставленных.

В России называют дело МН-17 «политизированным», а приговор — «однобоким» и «предвзятым». Но так ли это?

За пять лет следствие собрало колоссальный объём доказательств — документы, свидетельские показания, фото- и фидеоматериалы, расшифровки переговоров, данные биллинга, заключения экспертиз. У суда ушло два с половиной года, чтобы этот массив информации подробно исследовать. За это время в зале суда детально разбирались документы, развенчивались «теории заговора», исследовались альтернативные сценарии, прослушивались перехваченные телефонные разговоры и выступали свидетели.

Можно ли считать, что суд был предвзят?

Вот что говорит российская сторона (жирным) и отвечает суд (обычным).

Все выводы голландской прокуратуры построены на показаниях анонимных свидетелей, чьи личности засекречены.
Нет, далеко не все выводы. Хотя часть свидетелей действительно получили иммунитет от раскрытия своих персональных данных из опасений за личную безопасность. Однако они давали свои показания в присутствии трёх судей, которые верифицировали их личности. Такая процедура а) законна и б) не умаляет значимости этих свидетельств, которые оценивались в совокупности с другими доказательствами, а их было очень много.

Выводы следствия основаны на сведениях сомнительного происхождения и материалах, переданных от заинтересованной стороны – СБУ, которую не раз уличали в даче ложных, противоречащих друг другу сведений
Действительно, существенная часть доказательной базы — записи телефонных переговоров, перехваченные СБУ и переданных следствию. Однако трое обвиняемых — Игорь Стрелков (Гиркин), Сергей Дубинский и Олег Пулатов — никогда не отрицали, что на большинстве аудиозаписей прослушек, приобщённых к делу, звучат именно их голоса. Также прокуратура Нидерландов провела фоноскопическую экспертизу записей и не обнаружила следов монтажа. Эксперты сопоставили все известные им перехваченные разговоры обвиняемых между собой и с другими военными. В них не было найдено логических противоречий, которые обязательно присутствовали бы, если бы люди перемежали правду и вымысел, чтобы запутать противника, а подлинность происшествий, которые обсуждали обвиняемые, подтверждаются фото- и видеоматериалами, снятыми очевидцами на месте событий 16-18 июля 2014 года в Донбассе. Присутствие обвиняемых в тех местах, которые следствие увязывает с предполагаемым маршрутом движения военной колонны с «Буком», подтверждается данными о геопозиции их сотовых телефонов, подключавшихся к вышкам в Зугрэсе, Шахтёрске и Снежном как раз в то время, которое согласуется с выводами следствия о графике следования колонны.

Были проигнорированы данные МО РФ о нахождении украинского военного самолёта в непосредственной близости от «Боинга» рейса МН-17 за секунды до его катастрофы
Следствие внимательно изучило «альтернативные» версии. В том числе о том, что из российского «Бука» был сбит не малазийский гражданский борт, а украинский военный самолёт. Суд учёл, что ни в день катастрофы, ни на протяжении следующих восьми лет вплоть до сегодняшнего дня ни Россия, ни самопровозглашённая ДНР не показали миру обломки украинского истребителя или штурмовика. Он принял к сведению данные украинской стороны о полётах всех её военных самолётов 17 июля 2014 года, согласно которым все вылеты были совершены в этот день вне зоны боевых действий на юго-востоке Украины. Суд учёл, что при разборе и анализе обломков «Боинга» специалисты не нашли следов от пуль, снарядов авиационной пушки или следов попадания каких-либо других ракет, кроме ракеты «Бука». Эксперты обследовали тела экипажа и пассажиров лайнера и обнаружили только те поражающие элементы, которые встречаются лишь у ракет ЗРК «Бук», причём вполне конкретного типа.

Следователи опросили и экипаж гражданского самолёта, пролетавшего 17 июля 2014 года недалеко от «Боинга» МН17, когда тот был в воздушном пространстве Украины. Пилоты и бортпроводники этого лайнера сообщили, что не видели в небе никаких других самолетов. В записях разговоров пилотов МН17 также нет упоминаний о других самолётах в зоне их видимости. Наконец, следствие установило и опросило всех тех, кто часто упоминался в российских государственных СМИ: авиадиспетчера из Днепропетровска Анну Петренко, которая якобы таинственно исчезла, загадочного, но осведомлённого испанского диспетчера «Карлоса» и украинского военного пилота Владислава Волошина. Последний ещё в 2015 году сообщил следователям под протокол, что не совершал боевых вылетов 17 июля 2014 года, и его слова подтверждаются документами ВВС Украины, предоставленными Нидерландам, а также командиром в/ч где служил украинский пилот. Анна Петренко также под запись заявила, что не видела никаких военных самолётов на своем радаре. А человек, называвшийся «диспетчером Карлосом», признался, что никогда не был авиадиспетчером, ранее представал перед судом за мошенничество, а сейчас живёт в Румынии. Поговорив с каждым из них, следствие пришло к выводу, что упомянутые люди не имеют никакого отношения к крушению МН17, и суд с ним согласился.

Не был учтён довод стороны защиты об отсутствии убедительных доказательств, что рейс МН17 был сбит ЗРК «Бук» российского происхождения
Напротив, этот довод был всесторонне проанализирован и отвергнут как не соответствующий собранной доказательной базе. Суд учёл не только характерную форму обломков в виде «бабочки», но и результаты материаловедческой экспертизы более мелких фрагментов, также извлечённых их корпуса самолёта и тел погибших пилотов. Особое внимание он уделил ещё одному обломку, изъятому из лобового стекла кабины пилотов. Изучив его внешние характеристики, такие как цвет, форма, следы фрезерования, черновой обработки и тонкой механической обработки, и сравнив их с эталонными образцами от боеголовок ракет типа 9М38 и 9М38М1, суд пришёл к выводу, что он соответствует поражающим элементам только этих двух типов ракет «Бук». При этом ракеты типа 9М38М1 есть на вооружении только у российской стороны.

В этой связи суд изучил все данные о том, мог ли это быть украинский ЗРК. В частности, он учёл ряд предоставленных МО РФ спутниковых снимков, на которых было видно, что 17 июля 2014 года украинская установка «Бук» покинула военную базу Украины в Донецкой области. Сопоставив их со снимками той же военной базы за июль 2014 года, которые предоставило Европейское космическое агентство, следствие, а затем и суд обнаружили существенные расхождения: на фото ЕКА чётко видно вспаханное поле рядом с военной базой, а на российском снимке оно ещё не вспахано. Сопоставив снимок России со снимками с других спутников, следствие пришло к выводу, что Москва предоставила фото от июня 2014 года, выдавая его за более позднее. Учитывая, что:
— оригинала своего снимка МО РФ не представило, заявив, что он якобы «не сохранился», а в метаданных опубликованного графического файла были обнаружены признаки редактирования изображения;
— иные доказательства применения ЗРК «Бук», принадлежащего Украине, отсутствуют;
— россиянин Игорь Стрелков (Гиркин), тогда занимавший пост «министра обороны» самопровозглашённой ДНР, несколько раз просил по телефону предоставить ему «нормальную ПВО», а в день катастрофы отчитался о применении по украинской «птичке» не только в соцсетях, следствие и суд методом исключения пришли к выводу, что ЗРК был российским, и МО РФ пыталось это скрыть путём публикации «отредактированых» фото со спутника.

Были проигнорированы все материалы, предоставленные концерном «Алмаз-Антей», из которых следовало, что «Бук» был украинским.
Суд внимательно отнёсся ко всем данным, предоставленным российским производителем «Буков», поскольку тот действительно знает все нюансы своего изделия. Однако суд учёл, что «Алмаз-Антей» не является беспристрастным свидетелем, а имеет интерес во вполне определённом исходе процесса. По мнению суда, само по себе это не делает свидетельства «Алмаз-Антея» неприемлемыми, однако они могут быть приняты при условии их полноты, транспарентности, а также возможности независимой их верификации. Но экспертные выводы концерна подтверждались только утверждениями и ссылками на его собственный опыт и исследования. Тем не менее, суд изучил и их, включая результаты натурных испытаний с подрывом боеголовки и дальнейшей фиксации повреждений, полученных самолётом-мишенью. Суд учёл, что это испытание было статическим, осуществлено на земле и в качестве мишени использовался не Boeing 777, а списанный лайнер Ил-86 ещё советского производства. По мнению суда, подтверждённому экспертами, условия в динамической ситуации на высоте десяти километров (температура, давление воздуха снаружи и в кабине и особенно векторы скорости) настолько существенно отличаются, что это может объяснить отсутствие отверстий в характерной форме «бабочки», которые наблюдались после эксперимента «Алмаз-Антея». Суд счёл весьма достоверным, что даже если бы осколок попал в обшивку самолёта плоской стороной в форме бабочки, высокая собственная скорость ракеты (более 3000 км/ч), ещё более высокая скорость разлетающихся осколков в результате детонации взрывчатого вещества и противоположно направленный вектор скорости воздушного судна (915 км/ч), вызовут такие повреждения обшивки, которые не будут иметь чёткой геометрической формы.

Не были приняты во внимание рассекреченные Минобороны России документы, свидетельствующие о передаче на Украину ракеты, серийный номер которой совпадает с найденным на обломках на месте крушения
Внимательно изучив предоставленные Москвой документы о том, что ракета ЗРК «Бук», части которой были найдены следственной группой, была произведена в #СССР и передана на территорию современной Украины ещё в 1986 году, суд установил, что производственный номер ракеты, о которой говорила Россия, не совпадает с таким же номером на ракете, обломки которой были обнаружены на месте падения малазийского «Боинга». Кроме того, по заключению экспертов, в самих документах есть ряд исправлений и непонятно когда сделанных приписок. Всё это вместе взятое не позволило считать данное доказательство приемлемым.

Суд проигнорировал выводы «Алмаз-Антея», что запуск был ракеты произведён из села Зарощенское, находившееся под контролем ВСУ
Суд учёл, что «Алмаз-Антей» в своих заключениях несколько раз менял место предполагаемого запуска, называя районы близ Амвросиевки, у Енакиево, около фабрики севернее Снежного, а также с хутора близ села Зарощенское, и счёл это частью российской кампании по дезинформации следствия с целью его затягивания. Тем не менее, суд проанализировал все эти выводы — с учётом ранее сделанного признания российского концерна заинтересованным свидетелем — и нашёл, что они либо не совпадают с другими свидетельскими показаниями, либо не содержат достаточно данных, позволяющих провести транспарентную, независимую и полную проверку сделанных выводов. В частности найти свидетелей запуска ракеты из-под Зарощенского также не удалось, а российские журналисты, говорившие с жителями села, сообщали, что пуска ракеты те не слышали.

С другой стороны, суд отметил, что нет однозначных доказательств, позволяющих опровергнуть вывод следствия о пуске ракеты близ села Первомайское, которое тогда было подконтрольно «ополченцам». Суд подчеркнул, что этот вывод подтверждается не только заключениями экспертов, но и показаниями более 20 свидетелей, которые видели в небе след от пуска ракеты 17 июля 2014 года. Из них восемь человек непосредственно видели полёт ракеты в небе, а еще четверо слышали грохот, а затем увидели в небе след, похожий на тот, который обычно оставляет ракета ЗРК. При этом, отвечая на вопрос о возможном месте пуска ракеты, большинство свидетелей указывало направление левее от Снежного (в июле 2014 года этот населённый пункт находился под контролем сил самопровозглашённой ДНР), а некоторые называли более точную локацию — село Первомайское. Один из свидетелей, бывший «ополченец», сообщил, что 17 июля, незадолго до крушения «Боинга» находился на блокпосту у села Первомайское и видел, как мимо проезжает военная машина с зелёными ракетами, которая затем поехала в сторону сельскохозяйственного поля и скрылась за деревьями. Затем свидетель услышал грохот и увидел, как в небе появился белый след, уходивший в сторону города Торез. Аналогичных показаний из других предполагаемых «точек пуска» суду предоставлено не было ни российской стороной, ни защитой обвиняемых.

Весь процесс был построен на фальшивых доказательствах, произведённых СБУ, ЦРУ или иной заинтересованной стороной
Суд не считает, что доказательства по делу были «подтасованы» — ему была представлена не не одна фотография, видео или разговор по телефону, а великое множество различных типов доказательств, которые во многих случаях быстро стали публичными, но так и не были убедительно опровергнуты. По мнению суда, немыслимо, чтобы такое количество доказательств различного рода могло быть изготовлено так быстро, так основательно и так скоординированно, и при этом не осталось бы никаких следов сговора или фальсификаций. Тем более, что доказательства предоставлялись как прокуратурой, так и назначенными судом экспертами из разных дисциплин, из разных стран, которые не вовлечены в конфликт и не заинтересованы в результатах расследования. Кроме того, их выводы были тщательно проверены, и никаких следов манипуляций обнаружено не было.

Ну как, основательность внушает?

И ведь фактически #Россия «закопала себя сама», выдвигая несостоятельные версии, опираясь на лжесвидетельства проходимцев, избирательно и порой творчески подходя к сотрудничеству со следствием (назовём это так), а главное, регулярно «палясь» на мелочах. Что создало ей вполне определённую репутацию, которую не мог не учитывать суд. И хотя он в приговоре не увязал напрямую с Россией применение ЗРК «Бук» и даже не признал обвиняемых «организованной группой», это лишь первая ласточка. Дальше ведь вполне логичен вопрос — как российская установка военного назначения перешла в распоряжение и под контроль формально гражданских лиц, не состоящих на военной службе в РФ. Кто санкционировал передачу, кто координировал транспортировку, кто откомандировал экипаж ЗРК на боевое дежурство за пределами российской территории.

Наверное, всё это начнётся не прямо завтра. Но кто сомневается в том, что начнётся? И на ком остановится?

Источник: Альманах непредвзятого аналитика


Смотреть комментарииКомментариев нет


Добавить комментарий

Имя обязательно

Нажимая на кнопку "Отправить", я соглашаюсь c политикой обработки персональных данных. Комментарий c активными интернет-ссылками (http / www) автоматически помечается как spam

Политика конфиденциальности - GDPR

Карта сайта →

По вопросам информационного сотрудничества, размещения рекламы и публикации объявлений пишите на адрес: [email protected]

Поддержать проект:

ЮMoney - 410011013132383
WebMoney – Z399334682366, E296477880853, X100503068090

18+ © 2002-2022 РЫБИНСКonLine: Все, что Вы хотели знать...

Яндекс.Метрика