Свобода и право, достоинство и возмездие

28.03.2021, 23:38, Разное
  Подписаться на Telegram-канал
  Подписаться в Google News

40 лет назад, 27 марта 1981 года, началась крупнейшая предупредительная забастовка польской «Солидарности» — до 17 млн участников.


Милиция блокирует путь колонны «Солидарности» во время визита папы Римского в Польшу 1988 год. Фото: Getty

«Самая впечатляющая мобилизация демократических масс современной Европы против авторитарных правителей», — назвал те события британский историк Тимоти Гартон-Эш. «Спокойствие, порядок, достоинство», — сообщали о забастовке западные репортеры. «Крупнейшую демонстрацию в истории Польши провел не только профсоюз. Это был вотум недоверия преступной коммунистической власти», — говорит Ян Рулевский, в те годы председатель Быдгощской «Солидарности», трижды депутат сейма, трижды сенатор Польши.„

Население Польши составляло тогда 36 млн человек. Бастовали минимум 12 миллионов.

Никто не требовал ни повышать зарплаты, ни понижать цены. Солидарность деньгами не меряют, справедливость тоже. Цели были иными: свобода и право, достоинство и возмездие.

Рождение «Солидарности»

…К лету 1980 года были приведены в готовность милицейские спецподразделения, заготовлены арестные списки в Службе безопасности, создан в МВД оперативный штаб «Лето 80». Но режим Эдварда Герека на насилие не решился. В Гданьске, Щецине, Ястшембе, Катовице правительственные делегации встретились с забастовочными комитетами. «Мы должны согласиться», — сказал вице-премьер Мечислав Ягельский, подписывая с Лехом Валенсой Августовское соглашение. Результатом стала «Солидарность» — первый независимый профсоюз Восточной Европы.

За несколько месяцев в «Солидарность» вступила, если считать с грудными младенцами и глубокими старцами, почти треть страны. Среди работающих поляков, особенно заводских, показатель членства доходил до 80 процентов. Свобода объединений и дискуссий. Диалог народа с партией: как жить дальше, давайте решим вместе, мы же все поляки.

«Мы создадим в Польше строй, не имевший прецедентов в истории», — искренне был уверен «святой диссидент» Яцек Куронь. «Рабочие стали заботиться о производствах, на которых трудились», — вспоминал председатель Вроцлавского профцентра Владислав Фрасынюк. И только ветераны Армии Крайовой, антикоммунистические повстанцы 1940-х, предупреждали в профкомах: «Берегитесь, они по вам ударят». Ни молодые активисты, ни старые диссиденты не хотели верить «отверженным солдатам».

Съезд профсоюза «Солидарности» в Гданьске, сентябрь 1981 год. Фото: EastNews

Партийный бетон

Слово «они» имело в ПНР особое, зловещее значение. Это было аксиомой для рабочего поляка: есть мы — есть они, номенклатура Польской объединенной рабочей партии (ПОРП), Аппаратный «pan Śmatjak — пан Шматяк», наследник тех, кто в Средние века ставил виселицы в имениях. Да что там седая старина, когда еще в 1976 году забастовщиков Варшавы и Радома прогоняли сквозь строй, избивая резиновыми дубинками. «Ścieżka zdrowia — Тропа здоровья» — называл это генерал Богуслав Стахура, замминистра внутренних дел, пришедший в МВД из воеводского комитета (по-нашему — обкома) ПОРП. Именно он, кстати, возглавлял «Лето 80».

Из сорокалетней дали кажется, будто вся Польша поднялась тогда под знаменем «Солидарности». Это не совсем так. Часть населения была аффилирована с коммунистическим режимом и связывала с ним свои статусы и карьерные перспективы. Люди в рабочих спецовках — реже всего. Разве что такие «спецрабочие», как строитель Альбин Сивак и шахтер Герард Габрысь — оба члены Политбюро. Но в целом

польский индустриальный пролетариат был массовой опорой антикоммунизма.

Иное дело крестьяне. Во время «гомулковской оттепели» 1950-х они получили назад колхозно-госхозные земли и от добра добра не искали. Рабочие регулярно бунтовали — 1956-й, 1970-й, 1976-й, 1980-й. Крестьяне молчали. Такой же опорой ПОРП являлись городские нэпманы — лабазники-ремесленники, благодарные власти за право частной собственности. Плотно контролировалась партаппаратом масса госслужащих-бюджетников. Издавна привычная к умеренным, но привилегиям, нетерпимая к рабочему бунту и стачке. Интеллигентская среда была расколота: она выдвигала и диссидентов, и коммунистических ортодоксов, функционеров идеологического аппарата.

Недаром после августа-80 стали появляться не только демократические организации. Отовсюду поперли напуганные новизной группировки «нодовско-титушечного» плана. «Катовицкий партийный форум», «Познанский форум коммунистов», «Движение щецинских коммунистов», «Варшава 80», «Коммунистический союз польской молодежи», «Патриотическое объединение «Грюнвальд»… Все они горой стали за укрепление государства, авторитет партии («нет ПОРП — нет Польши»), милиции и госбезопасности, прочие духовные скрепы и традиционные ценности: «Защищать социализм как независимость!» А значит — строжайшее подавление бунтующих хулиганов и западных иноагентов. Во главе пропагандистов стояли партийные журналисты, социологи-политологи, писатели-поэты-режиссеры соцреализма. Их можно было понять. Конкурировать со Здзиславом Найдером, Лешеком Колаковским, Анджеем Вайдой и так непросто. А если исчезнет подпорка ПОРП?

Кроме пропаганды было и прямое запугивание. «Nieznani sprawcy — Неизвестные преступники» — спецгруппы для тайных нападений, избиений, иногда убийств. Тело девятнадцатилетнего Тадеуша Щепаньского, гданьского автомеханика и друга Валенсы, обнаружили в Висле уже в 1980-м, незадолго до великого августа.

Начальник III департамента МВД (борьба с антигосударственной деятельностью, вроде «Центра Э») полковник Генрик Вальчиньский по ночам звонил диссидентам из телефонов-автоматов: «Вы умрете…»

По максимальным подсчетам, социальная база ПОРП оценивалась примерно в полмиллиона. Что это против 10-миллионной «Солидарности»? Если приплюсовать кнопки властных кабинетов, казну, телевизор и оружие, то немало. На вершине стояла группа ведущих панов-шматяков, именуемая «партийный бетон».

Расклад в верхах

6 сентября 1980 года пленум ЦК ПОРП отстранил Герека с поста первого секретаря. Его сменил Станислав Каня, до того секретарь-куратор администрации и силовых структур. Несмотря на свой генезис, Каня не принадлежал к тому, что у нас сейчас именуется «силовой башней». Его позиция была довольно умеренна, он предпочитал не насилие, а «диалог», точнее, обман, подкуп, маневр. Аналогичного подхода придерживался поначалу министр обороны, а с февраля 1981-го премьер-министр Войцех Ярузельский. В этом их поддерживали вице-премьеры — реалистичный Мечислав Ягельский, хитроумный Казимеж Барциковский, перестроечный Мечислав Раковский.

Но прочные позиции в партийном руководстве держал и «бетон» — секретарь-орговик Тадеуш Грабский, секретарь-идеолог и министр иностранных дел Стефан Ольшовский, катовицкий секретарь Анджей Жабиньский, министр внутренних дел Мирослав Милевский.

Вернулись на партийные посты расстрельщики 1970-го — Мечислав Мочар по кличке Палач, Станислав Кочелек по кличке Кровавый Котелок.

Эти не желали никаких рокировок — только давить обнаглевшую чернь, ибо иначе рано или поздно она раздавит нас.

Плечом к плечу с партбоссами стояли силовики — вышеупомянутый генерал Стахура, начальник Службы безопасности МВД Владислав Цястонь, полковники Генрик Вальчиньский и Зенон Платек, воеводские коменданты милиции Ежи Анджеевский, Юзеф Коздра, Ярослав Верниковский, весь корпус СБ, большинство офицеров милиции.

Расклад внутри «Солидарности»

В «Солидарности» был свой расклад и свои противоречия. Самую умеренную позицию занимал Лех Валенса и его советники из диссидентской интеллигенции — Яцек Куронь, Адам Михник, Кароль Модзелевский, Бронислав Геремек, Генрик Вуец. Забастовки только при надобности, по возможности договариваться, конфронтацию как можно смягчать — такова была линия Валенсы. «Иначе нас легко разгонят — этого хотите?» Отчасти такая позиция была связана с тем, что в родном городе Валенсы Гданьске первый секретарь Тадеуш Фишбах был эталоном диалога.

Иное дело — региональные вожаки, поднявшиеся на забастовочной волне: Анджей Гвязда (электронщик из Гданьска), Анджей Колодзей (слесарь из Гдыни), Северин Яворский (металлург из Варшавы), Мариан Юрчик (пожарный-кладовщик из Щецина), Анджей Розплоховский (слесарь из Катовице), Станислав Платек (шахтер из Силезии). К номенклатуре они относились с классовой ненавистью. И считали, что пришло время мщения. Их называли «фундаменталистами «Солидарности». К этой категории яростных антикоммунистов относился и Ян Рулевский, инженер велосипедного завода в Быдгоще. Политическая ситуация в Быдгоще имела свою специфику. Профцентр «Солидарности» жестко наступал на ПОРП, добивался передачи партийных зданий под школы и больницы, причем иногда это получалось. Быдгощские солидаристы — прежде всего сам Рулевский — работали в городском антикризисном штабе и доказали способность организовать жизнеобеспечение в тяжелых условиях продовольственного и топливного дефицита. Характерно, что именно здесь

ячейка «Солидарности» чуть не возникла даже в милиции.

Один из лидеров польской «Солидарности» Лех Валенса во время митинга на гданьских верфях, 1981 год. Фото: Reuters

Быдгощский партаппарат тоже отличался особым колоритом. После августа 80-го местные функционеры избавились от первого секретаря Юзефа Майхжака, всех доставшего хамским комчванством, но воеводский комендант милиции Коздра был «бетоном» до мозга костей: лично цензурировал репертуар театров. И убирал, например, пьесу о Джордано Бруно и Галилео Галилее — сочувствовал инквизиторам и находил намеки на социалистическую действительность. Столкновение в Быдгоще было абсолютно неизбежным. Повод получился неожиданный. В марте крестьяне решили создавать свой профсоюз «Сельская Солидарность».

«Кидалово» в Быдгощи

Началось движение в Подкарпатье, несколькими месяцами ранее. Номенклатура бросила на активистов милицию. Крестьяне ответили демонстрациями. Съезд активистов «Сельской Солидарности», собравшийся 14 декабря 1980-го, потребовал легализовать профсоюз.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Источник: Новая газета



Смотреть комментарииКомментариев нет


Добавить комментарий

Имя обязательно

Нажимая на кнопку "Отправить", я соглашаюсь c политикой обработки персональных данных. Комментарий c активными интернет-ссылками (http / www) автоматически помечается как spam

Политика конфиденциальности - GDPR

Карта сайта →

По вопросам информационного сотрудничества, размещения рекламы и публикации объявлений пишите на адрес: [email protected]

Поддержать проект:
Яндекс.Деньги - 410011013132383
WebMoney – P761907515662, R402690739280, Z399334682366, E296477880853, X100503068090

18+ © 2002-2021 РЫБИНСКonLine: Все, что Вы хотели знать...

Яндекс.Метрика