Нужна только свобода, можно без денег

21.08.2020, 6:55, Разное



Особенности белорусского забастовочного движения.

Я всегда удивлялась, что пропаганда у всех ассоциируется с какими-то говорящими головами. Какие, к черту, головы? Пропаганда — это техник, который нажимает на кнопку. Если он не нажмет — не будет никакой пропаганды. Ни один Владимир Соловьев в РФ или Иван Эйсмонт в Беларуси не выйдет в эфир, и заниматься пропагандой они смогут разве что друг с другом.

Фото: «Еврорадио»

Информация о готовящейся забастовке белорусского телевидения начала курсировать по социальным сетям (преимущественно в виде слухов) на прошлой неделе. Вечером 15 августа пресс-секретарь Лукашенко Наталья Эйсмонт (по совместительству — жена пропагандиста и руководителя Белтелерадиокомпании Ивана Эйсмонта) и глава Совета республики Наталья Кочанова приехали на срочную встречу с сотрудниками телевидения. Два десятка телевизионщиков встречали их на ступеньках здания криками «Позор!». Тем не менее на встрече чиновницы всерьез говорили, что нельзя раскачивать лодку, утверждали, что за Лукашенко проголосовали 80 процентов, обещали, что потом во всем разберутся. На вопросы сотрудников, почему они не могут говорить правду, государственные дамы отвечали:

«Ваши конкуренты тоже все освещают однобоко».

Митинг возле здания Белтелерадиокомпании. Фото: РИА Новости

Сотрудники Белтелерадиокомпании решили, что будут бастовать. Но все выпуски новостей были прежними. Ничегошеньки не изменилось от криков «Позор!». А итоговый выпуск «Панорамы» на канале «Беларусь-1» и вовсе запустил воскресным вечером полуторачасовую речь Лукашенко на митинге, где он выступал перед свезенными из регионов бюджетниками. Бюджетников, кстати, наскребли по всей Беларуси только 8 тысяч. Собирали простым дедовским способом:

«Или ты едешь, или ищи работу, только в нашем районе ты ее хрен найдешь».

И в понедельник ничего не изменилось: в эфир шла все та же пропаганда. Только сейчас она звучит еще более дико, потому что все остатки ее аудитории расстреляли резиновыми пулями в дни протестов.

А на ступеньках телевизионного здания на Макаенка, 9 теперь собираются люди, которые хотят поддержать сотрудников белорусского телевидения в их намерении бастовать или, по крайней мере, говорить правду. Кстати, на мой взгляд, лучшая забастовка пропагандистов — это как раз-таки не останавливать работу, а внезапно начать рассказывать, что на самом деле происходит. Это, может быть, даже круче, чем запустить в эфир «Лебединое озеро» вместо пропаганды.

Сотрудники Белтелерадиокомпании, впрочем, тоже митингуют у здания. Искренне возмущаются. Но потом почему-то возвращаются на работу. И в эфир выходят очередные новости на тему «президент посетил Минский завод колесных тягачей и встретился с трудовым коллективом».

Что касается заводов, то там все бастуют по-разному. Некоторые не бастуют вообще. А вот завод колесных тягачей не сплоховал. Производство там, к слову, не останавливалось вообще. Генеральный директор завода Алексей Римашевский встретился с рабочими в ту же пятницу, что и чиновницы с телевизионщиками. В этот день уже стало известно, что в понедельник Александр Лукашенко собирается на МЗКТ. Римашевский сказал, что сам он голосовал за Лукашенко, но тот проиграл выборы. Рассказал, что семеро заводчан были задержаны во время протестов, что завод будет добиваться их освобождения и что никто «за политику» не пострадает.

Рабочие, со своей стороны, договорились, что производство не будет останавливаться, протестовать будут те, кто не на смене.

Фото: «Еврорадио»

В понедельник утром минчане с утра пошли к проходной МЗКТ. Но кортеж Лукашенко там так и не появился. Он теперь боится ездить на автомобиле и летает на вертолете. Так что он не приехал на завод — он приземлился.

Лукашенко думал, наверное, что своей фамильярностью, обращением на «ты» к каждому и «мужики» ко всем вместе он сможет их взять за фук. Но стоило ему начать говорить, рабочие закричали «Уходи!». Он еще что-то пытался вещать, рассказывал, что все эти годы держал на белорусских заводах «лишнюю численность», чтобы людей не выбрасывали на улицу. А потом, как это бывает всегда, когда Лукашенко отрывается от бумажки, начал орать: «Пока вы меня не убьете, никаких выборов не будет!» Но эту истерику прервал спокойный голос из толпы:    «Пошел на …!»

И он пошел. В плотном кольце охраны — куда более плотном, чем обычно. Когда проходил мимо работников завода, один из них крикнул: «Офицер, застрелись!» Лукашенко подошел. Сказал: «Если хоть один из вас спровоцирует что-то здесь — разберемся жестоко. Так что будь мужиком: вас толпа, а я — один». Заводчане похохатывали, наблюдая плотно сдвинутые ряды охраны вокруг потерявшего ориентацию бывшего тирана.

На электротехническом заводе в Минске ситуация сложилась другая. Завод стал первым в Беларуси предприятием, объявившим подготовку к забастовке. Рабочие подписали петицию с требованием прекратить репрессии, освободить политзаключенных и провести новые честные выборы. А после посещения Александром Лукашенко МЗКТ на работников электротехнического завода началось давление. Чтобы не собирались кучками на территории, ввели жесткий пропускной режим: право войти на территорию завода имеют только те, кто идет на смену. Если проходит тот, у кого сегодня смены нет, — увольнение. Руководители завода, которые еще на прошлой неделе относились к бунтующим рабочим вполне лояльно, сейчас о протестах и слышать не хотят.

А возле проходной Минского тракторного завода утром в среду ОМОН начал разгонять людей, которые собрались поддержать бастующих. МТЗ начал бастовать в пятницу, 14 августа. Несколько тысяч рабочих в тот день вышли за проходную завода, прошли маршем по городу и присоединились к митингу на площади Независимости. По дороге они скандировали «Лукашенко, уходи!», «Считай голоса!» и «Жыве Беларусь!». Это был тот самый день, когда казалось, что уже все получилось. В тот день в городе никого не били, а девушки на радостях бросались обниматься с ОМОНом и внутренними войсками. Потом оказалось, что еще отнюдь не все получилось.

ОМОН не просто разогнал собравшихся у проходной тракторного завода — он еще и задержал 20 человек.

Среди них были и рабочие завода — они написали заявления на отпуск за свой счет и больше не смогли попасть на завод: пропуска оказались заблокированными, а их самих увезли автозаки.

А потом на проходной стали собираться минчане — телеграм-каналы распространили сообщение: «Все выходим на улицы, к проходной МТЗ, к другим предприятиям, поддерживаем бастующих рабочих!» Правда, оказалось, что на призыв телеграм-каналов немедленно ехать к проходной могут сразу же откликнуться студенты и школьники — те, кто сейчас не на работе. «Суровых дядек и теток уговаривали остановить работу ребята в байках и рваных джинсах, — рассказала Марина, пришедшая поддержать рабочих. — Некоторые заводчане кричали "Идите работать!". А на остановке я слушала, как гражданка рассказывала знакомой: "Я одну девочку из этой толпы выцепила и говорю: "Вот ты мне говоришь идти на забастовку. А сама ты где работаешь?" А она мне: "Нигде". Ну вот как так?»

В общем, это все, конечно, тоже хорошо. Но надо говорить на одном языке с такими людьми. Надо, чтобы такие же суровые дядьки и тетки пришли и сказали: «Я тоже на заводе (в колхозе, на фабрике) работаю. Я устал от этого дерьма! Выходите! Мы такие же, как вы, простые люди! И мы пришли вас поддержать!»

Фото: «Еврорадио»

Все верно. Это особенность белорусского бунта. Рабочие, прежде чем бастовать, пишут заявления на отпуск за свой счет, чтобы не быть прогульщиками. Самой мобильной частью оказываются школьники и студенты, потому что у них каникулы. Телевидение вроде и бастует, но гонит все те же тухлые советские новости. Колонны на перекрестках ждут зеленого света. В городах, существующих благодаря заводам (например, Солигорск с «Белкалием» и Жодино с БелАЗом), забастовщики смелее: они понимают, что на них держится вся городская инфраструктура, и местная власть вынуждена с ними считаться. В больших городах все зависит от личности директора завода. Он может поддержать рабочих — и тогда получается, как на МЗКТ: и дряхлого диктатора открыто послали на три буквы, указав ему его место. А может и не поддержать, как на электротехническом заводе, и тогда протест угаснет.

Так что белорусская забастовка неоднородна, что, впрочем, совершенно нормально: здесь 30 лет никто не бастовал. А 30 лет назад заводчане шли колоннами на ту же площадь, чтобы потребовать денег. И в этом отличие сегодняшней белорусской забастовки от того, что происходило на излете СССР: работники белорусских предприятий выдвигают исключительно политические требования — только свободы, можно без денег.

Ирина Халип
Собкор по Беларуси

Источник: Новая газета



Последнее из рубрики: Разное


СМОТРЕТЬ КОММЕНТАРИИКомментариев нет


Добавить комментарий

Имя обязательно

Нажимая на кнопку "Отправить", я соглашаюсь c политикой обработки персональных данных. Комментарий c активными интернет-ссылками (http / www) автоматически помечается как spam

Политика конфиденциальности - GDPR

Карта сайта → новости рыбинска

По вопросам информационного сотрудничества, размещения рекламы и публикации объявлений пишите на адрес: [email protected]

Поддержать проект:
WebMoney – P761907515662, R402690739280, Z399334682366, E296477880853, X100503068090

18+ © 2002-2020 РЫБИНСКonLine: Все, что Вы хотели знать...

Новости Рыбинска