Почему московский бюджет оказался в центре публичного скандала.

Впервые за многие годы обсуждение бюджета Москвы получается весьма скандальным. В прошлом, когда мэрия практически на 100% контролировала Московскую городскую думу, особых вопросов при утверждении главного финансового документа столицы не возникало: принятый большинством «единороссов» (и до сих пор действующий) регламент Мосгордумы даже не предусматривает серьезного обсуждения этого вопроса. По-быстрому проголосовали, и все. Лишь вновь избранные в том числе благодаря «умному голосованию» независимые депутаты, по крайней мере, озвучили основные проблемные точки внесенного мэрией проекта столичного бюджета на 2020–2022 годы. Если это и не полноценное обсуждение, то как минимум начало серьезного разговора о поистине бездонных и совершенно неконтролируемых столичных финансах.

Слушания по бюджету. Фото: ОП Москвы / Facebook

Обсудить тут есть что. Впервые в истории бюджет Москвы в 2020 году превысит по расходам военный бюджет всей России: если федеральный бюджет планирует потратить на оборону 3 трлн 101 млрд рублей, то расходы бюджета Москвы составят 3 трлн 150 млрд. Грубо говоря, в финансовой иерархии исполнительной власти Собянин при таких раскладах «весит» больше, чем Шойгу.

При этом москвичи, которые, собственно, и формируют этот огромный бюджет (крупнейший источник поступлений — налог на доходы физических лиц, а вместе с другими налогами, которые платят горожане, — имущественный налог, акцизы в составе товаров и услуг и т. д., — вклад москвичей в казну города составляет более половины), практически ничего не знают о том, как и между кем делится этот огромный пирог. Давайте вкратце разберем его содержимое.

«Социалка» — нелюбимая золушка

В поликлинике. Фото: РИА Новости

Московская мэрия любит повторять мантру о «социальной направленности» бюджета столицы. Когда вы услышите такое, помните: это манипуляция. Для того чтобы получить цифру «социальных расходов» выше 50%, пиарщики мэрии вписывают туда какие угодно несвязанные статьи («а также отдельные мероприятия других госпрограмм», как вот в этом пресс-релизе).

В реальности легко убедиться, что, например, расходы на здравоохранение и образование в сумме составят в 2020 году только 23,2% расходов бюджета против 30,1% еще в 2014 году, их доля резко сокращается. Кстати, ее планировали сокращать и дальше — вы можете в этом убедиться из действующего бюджета на 2019–2021 годы, где на одну только медицину расходы в следующем году планировали урезать на 30 млрд рублей. Но чудесный разворот случился уже после выборов 8 сентября — так что многое было не зря, и протестное голосование москвичей хотя бы отчасти возымело свои плоды.

Зачем нужно такое резкое сокращение доли расходов на медицину и образование, притом что московский бюджет пухнет от денег, — загадка.

У других российских городов-миллионников, у которых бюджетные возможности откровенно пожиже, эти расходы составляют около половины. Но политика правительства Москвы, видимо, исходит из того предположения, что москвичи побогаче, а значит, их можно усиленно выталкивать в сферу платного образования и здравоохранения, расчищая поле для трат на куда более прибыльные «распильные» проекты в сфере транспорта, ЖКХ, благоустройства.

Далее, расходы на такие статьи, как «охрана окружающей среды» или «охрана материнства и детства», вообще капля в море, 13,5 и 8,6 млрд рублей соответственно или 0,4 % и 0,3% расходов бюджета. Расходы на пенсионные надбавки — еще 5% расходов бюджета (в 2013-м составляли более 7%). Вместе никак не получается «более 50% социальных расходов», как утверждает мэрия.

Копать не перекопать

Фото: РИА Новости

Основные статьи бюджета Москвы вовсе не социального характера, это так называемые «распильные» статьи, создающие огромные пространства для «откатной» экономики. Конечно же, наибольшее возмущение москвичей вызывают траты на «благоустройство» — постоянное бессмысленное перекапывание нашего города, которое нужно лишь для того, чтобы кто-то мог освоить бюджетные средства на бесконечной перекладке плитки, бордюров или установке «малых архитектурных форм».

В 2021–2022 годах бюджет Москвы на «благоустройство» превысит 300 млрд рублей.

Для сравнения: это превышает бюджеты Федеральной службы исполнения наказаний (₽250–290 млрд) и Росгвардии (₽250–260 млрд) на этот же период и в полтора раза больше бюджетов богатых нефтью и газом Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого автономных округов (порядка ₽200 млрд по расходам каждый). Только на одно «благоустройство»!

Еще одна потенциально коррупционная статья — транспорт. Нет сомнений, что развитие транспортной системы востребовано москвичами — в отличие от навязчивого «благоустройства», необходимость которого далека от очевидной. Тем не менее делается это часто руками знакомых нам персонажей и по космическим расценкам.

Например, компании Аркадия Ротенберга получили подряды на строительство перегона метро «Саларьево» — «Столбово» и участка Северо-Восточной хорды от Ярославского до Дмитровского шоссе по средней цене $45–53 млн за один километр.

50 млн долларов за километр — простите, но за такие деньги можно строить метро на Земле Франца-Иосифа!

Аркадий Ротенберг. Фото: РИА Новости

Никакого публичного аудита прозрачности транспортных расходов нет и в помине. Между тем транспорт — крупнейшая статья расходов столичного бюджета: 525 млрд рублей в 2020 году и 550–560 млрд в 2021–2022 годах (это без расходов на дороги, которые составляют еще почти 200 млрд рублей в год). Расходы Москвы на транспорт — половина (!) расходов консолидированного бюджета страны на всю транспортную сферу без дорожного хозяйства (а с дорожным хозяйством — около четверти, что все равно непропорционально много). Конечно же, расходование таких огромных средств нуждается в плотном общественном аудите — особенно с учетом невероятно щедрых удельных расценок на транспортные проекты, реализуемые все теми же хорошо известными нам приближенными к власти «бизнесменами». Но мэрия предпочитает протолкнуть все по-быстрому и никаким публичным аудитом не заморачиваться.

Сами мы не местные

Председатель МГД Шапошников. Фото: Мосгордума

Еще одна интересная особенность — практически полное отсутствие собственной денежной базы у органов местного самоуправления. Их доходы составляют всего 0,2% в консолидированном бюджете столицы. Для сравнения — в целом в консолидированном бюджете субъектов Российской Федерации доходы бюджетов местного самоуправления составляют 14–15%. В Бюджетном кодексе страны специально закреплены нормативы отчислений отдельных налогов в местные бюджеты — но не в Москве, где каждый год для каждого муниципального района это решается кулуарно и утверждается приложением к городскому бюджету без серьезного обсуждения.

Плохо себя вел Красносельский район, голосовал не так? Получи норматив отчислений поменьше!

* * *

При таком огромном количестве проблем и таких невероятных масштабах расходов столичный бюджет надо обсуждать и обсуждать месяцами. Но мы увидели-то его всего недели три назад, а как такового широкого обсуждения московские правила не предусматривают — ешьте, что дают. Дискуссию заменяют одноразовые срежиссированные «публичные слушания» в Общественной палате Москвы, прошедшие 5 ноября, куда по традиции собрали толпы со всем согласных скучающих бюджетников, многих желавших задать острые вопросы не пустили в зал, а Любови Соболь просто отключили микрофон.

Видимо, в мэрии пока не услышали сигнал, который послали на выборах 8 сентября москвичи, желающие вернуть себе контроль над управлением городом. Ну что же, как принято говорить в последнее время — можем повторить!

Владимир Милов
экономист, политик

Источник: Новая газета



СМОТРЕТЬ КОММЕНТАРИИКомментариев нет

Последнее: Крым впервые в своей истории перестал быть энергодефицитным и сможет при необходимости поставлять электроэнергию, сообщил глава республики Сергей Аксенов. «Нам помогала вся страна. <…> В кратчайшие сроки были построены энергетический мост, новые электростанции, проведена модернизация действующих генерирующих мощностей. И сегодня Крым не только впервые в своей истории перестал быть энергодефицитным регионом, но и может при […]

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

новости дня
ваши отзывы