«Общество защиты интернета» (некоммерческая организация, которая мониторит случаи цензуры и регулирования интернета) констатировала первый в Москве случай правительственного шатдауна (government shutdown) во время акции протеста 3 августа. Активисты уверены, что в центре столицы отключили мобильный интернет по указанию властей.

BBC цитирует письмо сотрудникам колл-центров одного из операторов «большой тройки» (МТС, «МегаФон», «Вымпелком»), не уточняя, кого именно, в котором якобы говорится об отключении базовых станций в центре Москвы «по требованию силовых ведомств». При этом звонящим абонентам предписывают говорить, что сбоев в работе сети не зафиксировано.

Представители «большой тройки» сотовых операторов отрицают и факт отключения базовых станций, и получение указаний от силовиков.

Один из создателей «Общества защиты интернета», оппозиционер Леонид Волков, рассказал Настоящему Времени, какие есть доказательства вмешательство властей в работу операторов, кто несет убытки от шатдауна и как протестовать без интернета.

Что такое government shutdown

— Первый вопрос по правительственному шатдауну, который вы зафиксировали. Что это, как это и насколько опасен этот прецедент, который мы наблюдали?

— Сначала теория. Government shutdown – это когда правительство своим распоряжением отключает интернет по всей стране или на какой-то ее территории. В истории России это второй government shutdown, первый был в Ингушетии во время протестов, в Москве – второй. Вообще считается, что government shutdown – это удел стран даже не третьего, а четвертого мира. Government shutdown происходит, например, постоянно в Того, в Конго, в Зимбабве. Сейчас идет government shutdown в Кашмире. 

Что такое government shutdown? Государство под предлогом защиты от провокаций снаружи закрывает интернет, чтобы зачистить какое-то протестное движение и информация не вышла в наружный мир. Это серьезная штука. В Конго (в том Конго, которое Киншаса), недавно были выступления оппозиции по поводу фальсификации на выборах. Случился government shutdown, убили и арестовали около 800 человек, после чего интернет снова включили. В Зимбабве и в Того происходят аналогичные вещи.

— То есть в России до событий в Ингушетии, до осени прошлого года ничего подобного не было? 

— Ничего подобного не было. Сначала Зимбабве пришло в Ингушетию, теперь Зимбабве пришло в Москву. Почему в развитых странах government shutdown не бывает, почему это удел Конго и Того? Потому что это огромный удар по экономике. Без интернета в Зимбабве может работать рынок товаров и услуг, в России – не может. Потому что без интернета не продаются билеты на самолеты, не бронируются гостиницы, не работают онлайн-кассы и банкоматы, вообще базовая инфраструктура современного общества. В Того один провайдер на всю страну, его отключил – и все, нет интернета. 

— Это рубильник фактически.

— Да. В России тысячи провайдеров. В Зимбабве интернет-рынок, рынок услуг исчисляется копейками. В России это миллиарды долларов. Правительство Москвы сообщило, что из-за митингов якобы бизнесы понесли ущерб на 60 млн рублей. Так я уверен, что 59 млн из этих 60 млн понесли убытков из-за интернета, отключенного властью.

Что доказывает шатдаун в Москве и может ли он повториться

— А у вас есть доказательства того, что это был действительно шатдаун со стороны правительства? А не банальная перегрузка сети, как это часто бывает в массовых скоплениях людей, когда просто сети не выдерживают – ни интернет, ни телефонная связь, потому что просто слишком много людей в одном месте? 

— Да, разумеется, у нас есть доказательства. Мы на сайте «Общества защиты интернета» публиковали весь анализ сетевого трафика, пакетов. Там был именно отказ в обслуживании клиентов. Объемы трафика за привычные нормы не выходили. Но надо понимать, что Бульварное кольцо – это место, где в обычные дни находятся десятки, сотни тысяч людей, и даже если там в митинге принимали участие 20-30 тысяч человек, по разным оценкам, это никак не может быть перегрузом. 

Надо понимать, что последний раз в Москве что-то «падало» из-за перегрузов в году 2011-м, на Сахарова, на Болотной. Но тогда сетевая инфраструктура была в разы слабее, чем сейчас. Сейчас у нас сети пятого поколения, у нас LTE, у нас то, сё. Безусловно, московский интернет и инфраструктура провайдеров умеет выдерживать пики нагрузки существенно больше того, что может вызвать сейчас самый большой митинг, который можно себе представить. 

Я не хочу входить в технические детали, но мы опубликовали технический анализ, который однозначно доказывает, что интернет именно отключали операторы мобильной связи. Более того, по-моему, ВВС уже опубликовала и доказательства в виде писем из ФСБ этим самым операторам с требованием отключить [интернет].

— Они могут отключать интернет только на какой-то локальной территории, они даже это научились делать? Или в принципе сейчас может страдать вся Москва?

— Пока что они отключали интернет у операторов сотовой связи в конкретных точках, в конкретных сотах, в конкретных узлах обслуживания. Понятно, что список этих узлов может быть и больше, просто и последствий будет больше. Еще раз провести важную мысль. Почему нормальные страны – не Конго и не Зимбабве – не отключают интернет? Потому что в нормальной стране government shutdown стоит 2% ВВП годового в день. Если страна типа Германии решит взять и отключить у себя весь интернет, это за один день нанесет ей ущерб, сравнимый с глобальным экономическим кризисом. Очень впечатляет, что российские власти здесь решили уподобиться Зимбабве.

— Можно ли говорить о том, что нас это будет ждать и в эту субботу, и, возможно, в следующую – все то время, что будут продолжаться митинги? Это же был, получается, удачный эксперимент. 

— Если рубильник находится в руках у параноидальных обезьян, обезьяна с гранатой, то, конечно, нет никаких оснований полагать, что они им не воспользуются. Там есть какие-то люди, которые совсем сошли с ума, реально безумные параноики типа какого-нибудь [Николая] Патрушева, секретаря Совбеза, типа [Александра] Бортникова (директор ФСБ – НВ). Люди, у которых диагноз «старческая деменция». Они выжили из ума, и им повсюду мерещатся враги. И им пофигу на экономические потери, на ущерб для страны, который они наносят, и у них этот рубильник физически есть. Конечно, очевидно, они будут его дергать дальше и дальше, потому что они безумны, реально безумны.

Есть ли протест без интернета

— Есть технологии, которые позволяют людям координироваться, даже когда интернет не работает. Люди в принципе могут выходить без социальных сетей? 

— Во-первых, я хочу сказать, что в нашей стране, в Москве в 1991 году миллион человек выходили на улицу без фейсбука, без телеграма. 

— Я к этому и веду: они один раз устроят шатдаун, два устроят шатдаун – люди все равно будут выходить. В принципе нас через месяц может ждать файервол?

— Люди адаптивны, люди вспомнят, как коммуницировать друг с другом и без интернета, достаточно быстро, память еще не выветрилась. Безусловно, попытки остановить распространение протестной волны путем отключения интернета очень сильно разломают экономику страны, но, конечно, не остановят протестную волну. Это совершенно очевидно нам с вами, но, опять же, не безумным людям типа Патрушева и Бортникова, они не мыслят этими категориями. Нам с вами это очевидно.

Плюс к тому, да, конечно, есть технологии, которые позволяют даже при выключенном интернете коммуницировать, мы говорим сейчас про технологию типа FireChat, который применяется активно в Гонконге. Но тут надо справедливости ради сказать, что они требуют гораздо большей плотности протеста. Все-таки Гонконг – это крохотная территория, суперперенаселенная, грубо, размером с Садовое кольцо, где живет 5,5 млн человек. Из них 2 млн протестуют. В этих условиях FireChat работает. В московских условиях пока успешно применять его не получалось, но все не за горами. 

— То есть в принципе протестующим надо готовиться к тому, чего мы боялись после протестов 2011-2012 годов, когда пошла волна наездов на интернет, и все стали пугаться, что в какой-то момент проснемся в Китае – с файерволом, либо с выключенным интернетом в принципе?

— Слушайте, в Китае мы не проснемся, в Китае интернет работает совсем иначе. Никакого российского файервола нет, никто его не строит и построить его в короткие сроки нельзя. Мы именно можем проснуться в Зимбабве.

В Китае оно все работает, в Китае же файервол – это кнут и пряник: ты не даешь людям ходить типа на вражеские фейсбуки и гуглы, зато у тебя есть прекрасная инфраструктура внутри страны, просто подцензурная. Ты можешь все что угодно, какие угодно сервисы получать в Baidu и WeChat, просто ты не можешь там ругать председателя Си и называть его Винни Пухом. Это другая совсем система. В России такой системы нет, в России мы рискуем проснуться в Зимбабве, где не работают самые базовые сервисы цивилизованного общества XXI в веке.

— Леонид, шатдаун, банальное отключение интернета – это очередное доказательство того, что Роскомнадзор не работает, он бесполезен?

— Роскомнадзор абсолютно бесполезен, естественно. Это было известно всегда.

— Но теперь уже власти это фактически признали. 

— От того, что мы получили 101-е доказательство этого, факт не стал более очевидным. Потому что уже было явлено 100 доказательств.



СМОТРЕТЬ КОММЕНТАРИИКомментариев нет

Последнее: Ранее было показано, что большинство генов, связанных с повышенным риском развития этого заболевания, сосредоточены в клетках микроглии. Это натолкнуло исследователь на идею попробовать удалить их из мозга Tweet Клетки микроголии по сути являются макрофагами, то есть «чистильщиками» центральной нервной системы. Они распознают и уничтожают чужеродные агенты и патогены в головном мозге, в том числе бета-амилоидные […]

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

новости дня
ваши отзывы